G.

Первые шаги

Garou родился в Шербруке, в Квебеке, 26 июня 1972 года, спустя 8 лет после рождения его старшей сестры  Марисы. С самого раннего возраста он окружен музыкой. И действительно, в семье при каждой возможности играют и поют песни. У Гару развивается музыкальный слух и необыкновенное чувство ритма. Непринужденность, которую он проявляет, позволяет верить в дар, во врожденный талант.

Родители, осознающие его потенциал, дарят Гару гитару в возрасте трех лет. Отец, который играет на этом инструменте в свободное время, учит его некоторым аккордам. Затем ребёнок, естественно, разбирается сам. Имея музыку в крови, спустя два года он начинает играть на пианино и ещё через некоторое время знакомится с органом. Любовь к музыке больше не покидает Гару несмотря на то, что у него никогда не было амбиций насчет карьеры певца.

Мечта детства? Археология. Чтобы открывать что-то новое. И чтобы делиться «находками» с другими. Он не подозревал ещё, что музыка скрывает в себе настолько бесценные сокровища, а она непрерывно открывала их ему. «Цель артиста состоит в том, чтобы всегда возвращаться в детство и привносить какое-то чувство восхищения, чтобы давать людям вкус к жизни. По этой причине я пою».

Путь вечного мятежника

В ранней юности Гару является образцовым учеником в Семинарии Шербрука, частной школе, которую он посещает. К 14 годам всё меняется. Он с трудом заставляет себя делать то, что должен. Оценки первого класса катастрофически падают. Его родители, так же как и учителя, пытаются понять причину. Гару отрицает авторитет, дисциплину, поведение, которому надо следовать, чтобы «делать как другие».

Преподаватель гармонии, раздраженный шутками своего молодого ученика, которого он пытается с грехом пополам обучить игре на трубе, выставляет его за дверь свого класса. Но несмотря на это музыка догоняет его на повороте. Мы в 1987, за 10 лет до роли Квазимодо, предложенной ему на серебряном блюдечке… Одноклассники создают группу The Windows and Doors ("Окна и двери") и ищут гитариста. Они приглашают Гару, который впервые в жизни поднимается на сцену в зрительном зале школы. Группа исполняет песни Beatles. Гару, голос которого еще не совсем сломался, поёт партии Пола Маккартни. Сейчас он с удивлением отмечает, что его товарищи не видели в нем певца, только гитариста. Как бы там ни было, этот первый сценический опыт дал ему многое. «Группа собирала полный зал каждое выступление. 300 молодых людей приходили нас послушать. И делали мы все сами. Были напечатаны билеты, плакаты, всё! «Feeling» сцену, это то, что я там получил.»

Гару записывается в духовой оркестр канадских вооруженных сил. Он, всегда любивший духовые инструменты, вооружившись трубой, поступает на военную службу. Командиры наказывают недисциплинированного солдата, который представляет себя больше трубадуром, поющим о любви в Крестовых походах, нежели кадетом в безупречно отполированных сапогах, выполняющим приказы какого-то ефрейтора. В то время как он должен быть на посту в крепости Квебека (лето 1991), он иногда сбегает ночью, "одолжив" армейскую машину, в направлении Монреаля, чтобы выпить кофе!

Гару в вечной ссылке, в городских джунглях… В начале лета 1992, в то время как он должен находиться в армии, в течение сезона, он зовёт друга, чтобы тот «вытащил» его оттуда. Филантроп, который находится в бездействии, не чувствует себя полезным в армии. «Тем летом больше не было дисциплины, все были счастливы. Раньше, когда бывало «жарко», я имел удовольствие поднимать настроение войск, если можно так сказать. Но там больше нет душ, которые надо спасать! (смеётся) И я оставил армию».

1993 год. Гару разрывается на части на мелких работах от грузчика до собирателя винограда. Он подрабатывает также продавцом в магазине одежды. Он проводит множество ночей на дискотеках, немного спит и идёт на работу. Выходя из баров в 3 часа ночи, нередко с гитарой на шее, он играет классику Квебека. Вместо сцены – тротуар, полуночники на разных скамейках главной улицы собираются вокруг него, хлопают руками и ногами, танцуют и развлекаются. Эти импровизированные концерты непременно заканчиваются приездом полиции, у которой нет другого выхода, кроме как с улыбкой разогнать толпу. Удовольствие заразно. «Я совершал безумства, но безумства, которые заставляли улыбаться».

Также ради удовольствия он пел в метро Монреаля, меняя песни в зависимости от того, кто его слушает: Sex Pistols для молодого мятежника, Aznavour для пары, обменивающейся влюбленными взглядами, считалкой, сымпровизированной для ребенка, съежившегося на руках матери… Музыка для того, чтобы другим было хорошо. Ничего больше. Без определенной цели.

В марте того же года подруга приглашает Гару поучаствовать в концерте Луи Алари, шансонье, с которым она только что познакомилась. Между выступлениями она просит певца позволить Гару спеть. Хозяин бара настолько очарован выступлением, что сразу же берет его на работу. Без настоящего репертуара, но переполненный энтузиазмом петь для других, Гару дает свой первый концерт с гитарой в руках, хрипотой в голосе и беззаботной привлекательностью в кармане. «Я пошёл покупать музыкальное оборудование для моего первого концерта. Я не знал, как это всё работает! Я собирался выучить множество песен, мой репертуар был слишком мал. У меня на все это было только три дня. Таким образом я начал мои уроки на твердых скамьях школы жизни баров.»

Очень быстро имя Гару разносится в сети баров Cantons-de-l’Est, где нуждаются в певцах и ведущих. После нескольких месяцев изнуряющего ритма в переносах оборудования из бара в бар он делает свои начинания в Liquor Store de Sherbrooke, который тогда представлял последние концерты по обычаю региона. Друг убеждает хозяина дать шанс Гару, и тот отдаёт ему под выступления воскресенья, «Воскресенья Гару». Эти вечера пользуются успехом. Гару  должен был проводить эти красивые вечера в Liquor Store в течении четырёх месяцев. «Контакт с публикой, первые шаги на сцене, заразительное сумасшествие, всему этому я научился в Liquor Store.»

Летом 1995 он создает группу The Untouchables ("Неприкасаемые"), состоящую, кроме прочих, из трубача, саксофониста и тромбониста. Везде, где они появляются, толпа буквально лишается чувств. Гару хотел заставить мечтать тех, кто его слушал. Победа. В коротком бою.
Гару, верный самоучка и борец за свою свободу, долго отклонял заманчивые предложения. «Настоящая музыка приходит из глубины сердца, из пережитого нами. Это не то, что заставляет мчаться. В то время Sony меня, впрочем, подталкивали к договору о диске. Я предпочел подождать, потому что чувствовал, что еще не готов. »

Гару поёт с душой, выкрикивая музыку, которая проникает сквозь него, без этого, на его взгляд, никто не заслуживает того, чтобы стоять на сцене. «С The Untouchables мы никогда не пели песни в одном и том же порядке. Я стал опасным в глазах моих музыкантов, которые никогда не знали чего от меня ждать. Да здравствует импровизация!»

Именно эти музыканты будут сопровождать его после выхода первого альбома Seul ("Один") как в Европе, так и в Квебеке. Впрочем, именно во время одного из выступлений группы, летом 1997 года, Люк Пламондон нашёл того, кто сможет проникнуться всей сложностью персонажа Квазимодо в мюзикле Notre Dame de Paris. «Люк – настоящий прорицатель. Я не могу понять, как он увидел во мне Квазимодо, в то время, когда я пел о радостях жизни. Это меня восхищает».